Городское отделение STALAG 352 минский лагерь военнопленных AUSSTELLUNG (ВЫСТАВКА) на бывшей Пушкинской улице. Архитектор В.Гусев и его здания.

ЧАСТЬ 2

Олег Иванович Усачев, oleg.ussachoew@tut.by

ПРОЕКТЫ АРХИТЕКТОРА В. ГУСЕВА. История лагеря военнопленных Выставка взаимосвязана с историей двух зданий на бывшей Пушкинской улице (сейчас д.91 и 93 на нынешнем проспекте Независимости), которые являются памятниками архитектуры и учтенной культурно-исторической ценностью. Об архитекторах этих зданий напоминают две одинаковые памятные таблички на фасадах этих зданий

Табличка на довоенном доме 91 по проспекту Независимости
Табличка на д.93 на проспекте Независимости
Табличка историко-культурной ценности на зданиях 91 и 93 на проспекте Независимости

Из текста таблички видно, что эти здания были построены в 1939-1941 гг. а авторами проекта этих зданий являются архитекторы В.Гусев и М.Лившиц. Чаще всего упоминают о талантливом В.Гусеве, многогранная биография которого достаточно интересна.

Вид на дом 91 с улицы Калинина
Вид на д.91 с проспекта Независимости
Вид на дом 91 со стороны проспекта Независимости
Вид на (достроенную после войны) центральную часть д.91 с проспекта Независимости
Вид с проспекта Независимости на место перехода д.91 в д.93
Место перехода послевоенной части дома 91 в довоенный д.93
Вид на довоенный дом 93 на проспекте Независимости (бывшая Пушкинская ул.)

ГУСЕВ ВАЛЕНТИН ИВАНОВИЧ (23.04.1911–17.07.1983 гг.) родился в Ставропольском крае. Участник Великой Отечественной войны, заслуженный архитектор БССР (1969). После окончания cредней школы в Краснодаре в 1929 году В.Гусев поступил в Московское высшее инженерно-строительное училище. В 1932-м перевелся в Московский архитектурный институт, который окончил в 1936 году и переехал в Минск, где начал трудовую деятельность архитектором управления военно-строительных работ БВО. Занимался строительством Дома Красной Армии в Минске под руководством профессора Иосифа Лангбарда (разрабатывал элементы интерьера и благоустройства здания). Затем проектировал Дом офицеров в Бобруйске (1937), фабрику пианино в Борисове (1937), первые жилые поселки на торфопредприятиях Белоруссии (1937–1939), жилой дом на Пушкинской улице (1939), здание Белорусского военного округа (БВО) на Комаровке (1939). После призыва в 1939-м в Красную Армию проходил службу в должности старшего инженера в Военпроекте КЭО Белорусского особого военного округа до начала Великой Отечественной. В ВОВ занимался вопросами обустройства войск. Проходил службу в качестве инженера 202-го запасного стрелкового полка Западного фронта, старшего инженера КЭЧ Западного фронта, начальника КЭЧ Витебского района 3-го Белорусского фронта, заместителя начальника КЭО 3-го Белорусского фронта.

После освобождения Беларуси был начальником КЭЧ Лидского района по декабрь 1944 года. За время военной службы вырос от рядового до инженер-майора. В январе 1945 В.Гусев был зачислен архитектором в Военпроект, где и проработал в качестве главного архитектора до 1953-го. В эти годы он разрабатывал проекты гл. корпуса штаба КБВО (1945–48, реконструкция здания б. женского епархиального училища),по его авторским проектам был восстановлен Дом Красной Армии в Минске, возведено здание штаба тыла БВО (ныне это один из корпусов Государственного исторического музея), проекты восстановления главного корпуса штаба Белорусского противовоздушного округа, здание Управления Белорусской железной дороги (1951) в Минске, застройка ул. С.М.Кирова в Витебске (1951–1954), фасадов коттеджей для Управления Западной железной дороги (1945–1949), генплан ул. С.М.Кирова в Минске (1952).

Под его руководством был построен ряд жилых домов, в том числе особняки военного совета БВО, большое количество зданий в военных городках. По его проектам строился и крупнейший комплекс военного госпиталя БВО. В послевоенные годы В.Гусев создал свои лучшие произведения. Над восстановлением разрушенного Минска он трудился до 1953 г. (часть из этих лет — совмещая с работой в «Минскпроекте»), пока не был переведен (1953–58) зам. пред. Гос. комитета по делам стр-ва и архитектуры СМ БССР. Основную работу успешно совмещал с преподавательской в БПИ (1936–64) и Бел. театр.-художеств. ин-те (с 1959). С 1964 — зав. кафедрой интерьера и оборудования БГТХИ. Наиболее подробные сведения о нем (за 1939-1980) хранятся в минском архиве НТД (БГАНТД фонд 98). В его трудовой деятельности были и трудности, связанные с той эпохой.

ШТАБ БЕЛОРУССКОГО ВОЕННОГО ОКРУГА. Перед войной на запущенной территории выставки (напротив крыла дома 93 на нынешней ул. Толбухина ) для семей сотрудников НКВД) собирались построить здание штаба БВО. Хотя к этому месту ходил трамвай, от этой идеи пришлось отказаться из-за энергичного протеста военных. Можно предположить, что в разгар довоенных репрессий военнослужащим и их семьям не нравилось это место, расположенное возле парка им. Челюскинцев, где в 20-30 годы проводились массовые расстрелы жителей Беларуси, и непосредственное соседство с виновниками и исполнителями политрепрессий. Военнослужащие свой протест благоразумно, но не убедительно обосновывали удаленностью этого места от центра города.

Здание штаба на этом месте не построили, но в памяти старожилов сохранилась информация о такой попытке. К тому же на этом месте для строительства зданий (91 и 93) брали песок, а место образовавшегося песчаного карьера в условиях царившей тогда секретности и шпиономании могли воспринимать как начало строительства штаба округа. Любитель истории Минска М.Володин упоминал (t-s.by/blog/2011/05/istorijka-o-tom): «в конце 30-х годов, прямо напротив входа в парк Челюскинцев, началось строительство двух домов для офицеров ... Одновременно на въезде в город, где сейчас находится часовой завод, планировали построить здание штаба округа. Планировали, но не построили. Причина была почти анекдотическая: взбунтовались жены командного состава. Мол, мало того, что жить загнали «к черту на рога», так еще и мужья будут работать здесь же — в центр вообще не выберешься! .......Война отменила и планы, и споры. Жилые здания остались незаселенными ... Что уж там сыграло свою роль — не знаю, но только после войны штабу Белорусского военного округа было определено другое место. Строить его решили на месте женского духовного училища на холме над Свислочью... В войну строение было сильно повреждено. На его фундаменте и начали возводить штаб. В каком-то смысле этот фундамент — а точнее, его форма — и стал причиной событий, о которых пойдет речь ...

Штаб был построен в 1947 году по проекту архитектора Гусева. В заречной части разрушенного, открытого всем ветрам города он выглядел не менее одиноким, чем торчавший неподалеку оперный театр. Но в отличие от храма искусств, главный военный дом республики был объектом совершенно секретным. В те годы советскому человеку на каждом углу мерещились шпионы. Контрразведчики в этом смысле были советскими людьми в квадрате. В сторону штаба не то что фотоаппараты наводить — смотреть подолгу не рекомендовалось. А самым секретным считался вид сверху! Вот из-за него чуть было и не случились в изни архитектора Гусева главные неприятности. Кто-то обнаружил, что с вертолета строящееся здание напоминает букву «Ш». Гусев был приглашен в особый отдел и там ему устроили форменный допрос. Знаете ли вы, что здание сверху напоминает букву «Ш»? — мрачно спросил пожилой полковник молодого архитектора. Гусев знал, но при этом не понимал, чего от него хочет собеседник. — Не строй дурочку, наводчик! «Ш» и значит «ШТАБ»! сорвался на крик полковник. Гусеву грозила расстрельная статья. Говорят, спас архитектора сам командующий округом, маршал Тимошенко. Когда особист доложил о своем открытии, маршал поводил карандашом по карте, а потом спросил: А вы что, ждете вражеских летчиков из Москвы? Никак нет, товарищ командующий, ответил растерянный особист. «Ш» — это если лететь с Востока, а с Запада что видно? задал следующий вопрос маршал С Запада?. «т»! сообразил полковник. Верно, «т» Так «т» это театр. Театр, не балаган! Вы свободны, отрезал маршал, и дело было закрыто...

Четверть века тому назад к зданию штаба Белорусского военного округа была пристроена четвертая стена. Тем самым оно превратилось в замкнутый со всех сторон прямоугольник с перемычкой посредине...«. В дальнейшем Валентин Иванович Гусев стал известным педагогом, но в архитектуре выше, чем свой первый послевоенный проект, так никогда и не поднялся. Говорят, с годами он сделался сентиментальным и к штабу округа относился, как к ребенку. Замечая, что от цирка здание все хуже просматривается из-за подросших деревьев в сквере Янки Купалы, он приходил в возбуждение и начинал причитать: «Надо что-то делать! С ними надо что-то делать!». Можно напомнить, что в здании бывшего женского духовного училища второй половины 19 века до войны размещался медицинский факультет БГУ, а потом — госпиталь. Проект В.Гусева получил много лестных отзывов и был удостоен 3-й премии на Всесоюзном конкурсе работ молодых архитекторов. Здание никогда не меняло своей военно-административной функции и сегодня в нем размещаются Министерство обороны РБ и подразделение Генерального штаба.
ДВА ДОМА БЛИЗНЕЦА НА ПУШКИНСКОЙ улице (сейчас часть проспекта Независимости от л. Я.Коласа до ул. Толбухина. Возведение д.91 и д.93 было начато в 1939. Работу возглавили два архитектора «Военпроекта» — Валентин Гусев и Мордух (Марк) Лившиц. За 2 года (к лету 1941) возвели коробки этих зданий.

Дом 91 и 93 на фрагменте немецкого аэрофотоснимка 1944

В здании М.Лившица (91, возле нынешней пл. Калинина) коробка здания была закрыта крышей и закончена отделка (только) на 2 нижних этажах. В доме В.Гусева (93, возле нынешнего бульвара Толбухина) была готова только коробка здания. Соединяющим звеном между этими (91 и 93) зданиями должен был стать дом П-образной формы, строительству которого помешала начавшаяся война. Первые немецкие передовые подразделения появились в Уручье (с утра над этим пригородом долго кружила «рама») и центре Минска (пл. Свободы) уже на 3-й день (25.06.1941) войны. В военпроекте до прихода (28.06.1941) основных сил немцев успели сжечь большую часть техдокументации. Каким образом сохранилась оставшаяся небольшая часть довоенной техдокументации в Военпроекте не упоминают. Частично сохранилась техдокументация и по этим домам, но она не позволяет воссоздать полный довоенный облик этих зданий. Автору этих строк не известно о наличии воспоминаний Гусева, позволяющих полностью восстановить их внешний вид. С 1945 Гусев руководил восстановлением (преимущественно силами немецких военнопленных) этих зданий.

ДОМ 91 В ГОДЫ ОККУПАЦИИ. Многие старожилы утверждают, что в этом доме размещалась немецкая воинская часть, а во внутреннем дворе они соорудили деревянную пристройку для своей столовой. Известный минский любитель истории города и бывший (1957-1970) житель этого дома Вадим Зеленков (hata.by/architecture/progulka_s_vad;
vadim-i-z.livejournal.com/3252115.html) неточно утверждает, что во время оккупации немцы разместили в этом недостроенном здании автомобильный батальон, а во дворе дома небольшой пересыльный «концлагерь» для военнопленных. Здесь В.Зеленков допустил ошибку, т.к. концлагеря создавались SS и в них содержались (преимущественно) только гражданские лица , а лагеря военнопленных содержались и охранялись ВЕРМАХТОМ. Можно отметить, что во внутреннем дворе д.91 не было пересыльного лагеря для военнопленных, а небольшая часть военнопленных содержалась в соседнем доме 93. Старожилы утверждают, что советский бомбардировщик ночью с большой высоты на здание 91 сбросил 2 весьма крупные авиабомбы, которые упали (рядом друг с другом) в стороне от этого здания и образовали огромную неправильной формы воронку, которую видно на аэрофотоснимке. Местная детвора многие годы после войны спускалась в нее на санках и на лыжах. Теперь на этом месте школьный стадион. Немцы не стали ждать очередного авианалета и перебрались в другое место (политехникум, где до них размещался лазарет). В опустевшем доме 91 затем разместили несколько подразделений расквартированной в Уручье чехословацкой дивизии.

На приведенном выше немецком плане здание 91 вообще не показано на лагерной территории, а на плане (1944) Минска (http://www.karty.by/wp-content/uploads/2011/06/Minsk_Nemcy2.jpg) здание 91 не обозначено (соответствующей красной цифрой в кружочке) как объект ВЕРМАХТА, к числу которых относились и лагеря военнопленных. Можно предположить, что в здании 91 первоначально размещался штаб бригады автомобилистов (NSKK), обслуживающей группу армий ЦЕНТР (MITTE).

NSKK — национал-социалистический моторизованный корпус. Основан в СА (1930) под названием NSAK (национал-социалистический автомобильный корпус). Основной задачей было обеспечение автомобилями (в основном личными) партийных нацистов-функционеров (для проведения агитационных и предвыборных мероприятий). В 1931 NSAK переименовали в NSKK, который в 1934 стал самостоятельной организацией, структура которой была аналогична организационной структуре СС. После прихода Гитлерак ласти функции NSKK значительно расширились. Основным направлением стало обучение вождению автотранспорта (в 1933-1934 обучено около 200 000 человек). Члены NSKK служили в дорожной полиции и общенациональной службе спасения. NSKK (и входивший в него Германский автомобильный клуб ADAC) являлся единственной официальной автоорганизацией в Германии. У NSKK в годы войны основными задачами было обеспечение транспортом строительных проектов RAD, подготовка водителей для армии, материально-техническое снабжение Вермахта и Люфтваффе (http://www.axishistory.com/index.php?id=2871).

После неудачной бомбежки штаба бригады NSKK (в здании 91), его переместили ближе к центру города в здание политехникума, рядом с которым было (сохранилось и сегодня) построенное перед войной довольно вместительное бомбоубежище. В конце оккупации (1944) эти (91 и 93) здания были основательно разрушены. Подробности разрушения (кто, когда и как) автору неизвестны.

ВОССТАНОВЛЕНИЕ ЗДАНИЙ. После освобождения (1944) Минска в первую очередь восстановили на проспекте (преимущественно силами пленных немцев) довоенное здание НКВД. Затем приступили к восстановлению других зданий города, в числе которых были и эти (91 и 93) здания. Этому способствовало их расположение на въезде (визитная карточка) в город со стороны автомагистрали Минск-Москва и соответствующий заказ МО СССР. В 1945 их восстановлением (также преимущественно силами качественно работающих пленных немцев, которые жили (и умирали) в бараках в парке Челюскинцев; умерших пленных хоронили в этом же парке) руководил инженер-майор Валентин Гусев. К 1947 оба здания были практически готовы. Крыло (дома 91) с более просторными помещениями, выходящее на площадь Калинина, было отдано генералам, а остальную часть дома — старшему офицерскому составу. Соответственно, окрестные жители это здание называли «генеральским домом». При восстановлении большое внимание уделялось оформлению только парадной стороны зданий — фасадов. Работы по декору зданий продолжались и в 50-е годы. О художественном оформлении зданий известный архитектор А. П. Воинов писал: «Архитектура домов и качество отделки фасадов должны быть образцовыми и показывать хороший вкус трудящихся, общественности архитектурного руководства столицы» Сегодня по своему убранству фасады этих зданий не уступают застройке 1-й очереди (в центре ) проспекта. П-образную (центральную) часть дома 91 продолжали строить в 50-е. В 1955 в соответствии с решением о борьбе с архитектурными излишествами уменьшили этажность (центральной части) этого здания (91), а (частично) неоштукатуренная кирпичная кладка на обратной стороне этих зданий напоминает о лицемерной идеологии того времени.

В ближайшее время красивее будет крыло (на ул. Толбухина) дома 93. Здесь завершаются (длившиеся более 3 лет у разных частных владельцев и за их деньги) работы по созданию магазина.

Завершение затянувшееся строительство частного магазина в крыле д.93

Жильцов д.91 и 93 не покидает надежда на благоустройство в ближайшем будущем и остальной части зданий.

Читайте еще