Переименования, история и современность

«Уважение к минувшему — вот черта, которая
всегда будет отличать культуру от дикости».
А.С. Пушкин

За прошедшие сто лет с карты Минщины, оказывается, исчезло больше половины населенных пунктов. Каждое такое поселение для наших дедов и прадедов было самым красивым и дорогим сердцу. Сегодня от них остались только камни фундамента да одинокие деревья, иногда даже названия забыты.

Первое серьезное переименование Минск пережил после подавления восстания Кастуся Калиновского. Тогда все связанное с католицизмом, шляхтой, да и просто малопонятные русскоязычному человеку названия были заменены. Хотя, некоторый исторический смысл был сохранен. Так, улица Зыбицкая была переименована на русский лад и стала Болотной. (Затем по просьбе богатого еврейского населения, жившего на ней и имевшего собственную торговлю, была переименована в Торговую. Сейчас это, наверное, самая маленькая улица в городе, на ней стоит всего пара домиков. Есть план по реконструкции этого района города. О нем будет сказано позже). Вместо пл. Зборовой — пл. Соборная, улиц Францисканской — Губернаторская, Бернардинской — Монастырская, Доминиканской — Петропавловская и др.

Недоразумения с переименованиями улиц происходят в наше время, но они случались и до революции. Так газета «Северо-Западный край» в № 670 за 1905 год писала: В настоящее время во всем городе Минске производится установка новых дощечек с уличными надписями. Дощечки эти очень красивы, и надписи сделаны большими белыми буквами на голубом фоне. Жалко лишь то, что при установке их мало придерживаются городского плана, утвержденного в 1896 году. Так, на Базарной улице появилпсь надпись «Ново-Захарьевская», а на Мало-Лютеранской — «Немецкая» и так далее«.

После революции прошла вторая волна переименований. В 20-е годы политическую окраску принял почти каждый столичный переулок, не говоря уже о главных улицах.

Так в 1926 г. коммунальная секция городского совета постановила присвоить Козьмо-Демьяновской улице имя Франциска Скорины, а улице Екатерининской — имя Кастуся Калиновского.

Следующая волна переименований пришлась на военный период. Во время оккупации фашисты, не мудрствуя лукаво, переписывали названия улиц просто: там, где была комендатура — Комендатурштрассе, главная улица — Гаупштрассе, где было еврейское гетто — Юденштрассе, где распологалась кирха (церковь) — Кирхенштрассе
и т. д.

Однако, часть улиц, в основном на окраинах города, была переименована в честь белорусских исторических личностей — Рогнеды, Всеслава и др.

Многие исторические, столетиями передаваемые из уст в уста названия улиц, после войны были утеряны. Коренного населения в столице осталось тогда лишь около 50 тысяч, зато отстраивать столицу приехали сотни тысяч иногородних со всех уголков Советского Союза. Названия улицам давались такие, чтобы они были понятны всем, а также, чтобы они указывали на социалистический строй страны. Отложилось в названиях и стремление к интернационализму, искоренению национального, самобытного.

Было раньше в столице предместье Переспа. Там текла одноименная речка. В том месте, где она впадала в Свислочь, по легенде, стояла мельница богатыря Менеска.

Еще одно предместье — Людамонт. Его название происходит от тех времен, когда мы жили бок о бок вместе с балтийскими племенами. Тогда у нас были Ямонты, Дамонты, Радзивилимонты. Находилось оно на месте, где сейчас расположена стела в честь 50-летия Победы (на проспекте Машерова, напротив универсама «Заславль»).

Были в городе предместья: Тучинка, Старостина Слобода, Сенжан, Три Корчмы, Ляховка.

Район современных улиц Чкалова и Московской назывался — Добрые Мысли. Железнодорожная станция «Институт Культуры» называлась «Вокзал на Добрых Мыслях».

Участок вдоль Свислочи между двумя улицами — Янки Купалы и Максима Богдановича — издревле носил название Лавская набережная. Хотелось, чтобы эти названия не пропали.

В конце 80-х — начале 90-х ХХ века улицы города пережили очередную волну переименований. А в 2005 году — еще одну волну.

Как бы нам не захлебнуться в этих волнах!

Читайте еще